Поделиться:

Виндикация имущества из уставного капитала вновь создаваемого юридического лица.

Виндикационный иск (от лат. Vim dicere  — «объявляю о применении силы»), представляющий собой иск не владеющего собственника к владеющему не собственнику о возврате имущества, можно без преувеличения назвать одним из наиболее исследованных институтов гражданского права.

В римском праве, где этот способ зашиты права и зародился, имела место абсолютная виндикация (vindicatio: «ubi rem meam invenio, ibi vindico» лат., виндикация: «где мою вещь нахожу, там ее виндицирую), т.е. вешь подлежала безусловному истребованию даже у добросовестного приобретателя.

В России традиционно воспринята германская модель по правилу «Hand muss hand wahren» (нем. «рука за руку отвечает»): только вещи, вышедшие из рук владельца против его воли (похищенные, потерянные), могли быть истребованы у всякого третьего лица, те же вещи, которые были им кому-нибудь добровольно вверены, в случае отчуждения их этим третьим лицом не могли быть истребованы у добросовестного приобретателя, а прежний собственник имел лишь право на иск об убытках к тому, кому он их вверил (см. ст. 301,302 Гражданского кодекса РФ). Таким образом, по российскому праву традиционно существует ряд ограничений полномочий собственника на истребование имущества из чужого незаконного владения. Ограничения эти типовые, общеизвестны в среде юристов и обычно не выпивают споров. Еще в конце XIX в. член Комиссии по составлению проекта русского гражданского уложения, сенатор А.И. Лыкошин указал, что «в действующем законодательстве содержатся ясные и категоричные правила о виндикации». [1]

Вместе с тем с развитием гражданского оборота и форм корпоративных взаимоотношений практикующие юристы вынуждены отметить, что даже столь «ясные и категоричные правила» иногда не позволяют точно определить, подлежит ли удовлетворению виндикационный иск.

Одной из сложных и вызывающих споры на практике является ситуация виндикации имущества из уставного капитала вновь создаваемого юридического лица (вопрос о виндикации из уставного капитала имущества, переданного в оплату долей/акций при увеличении уставного капитала общества решается по аналогии с описанным ниже, с тем исключением, что добросовестность приобретателя оценивается по общим правилам).

Например, в 2008 г. в Арбитражном суде Омской области рассматривалось дело № А46-15502/2007. Суть спора сводилась к тому, что юридическое лицо. (ЗАО «Архей») внесло в качестве вклада в уставный капитал ЗАО «Сапсан» объект незавершенного строительства, полученный от неуправомоченного отчуждателя. Истец, являясь собственником данного объекта недвижимости, обратился с иском в суд о признании за собой права собственности на данное имущество и его виндикации из уставного капитала вновь созданной организации ЗАО «Сапсан».

В рамках настоящей статьи мы не будем анализировать правомерность заявления данного требования с учетом Постановления КС РФ № 6-П от 21 апреля 2003 г. и Постановления Пленума ВАС № 8 от 25 февраля 1998 г., нас будут интересовать чисто практические аспекты:

Спорное имущество вносилось в уставной капитал ЗАО «Сапсан» на основании договора о создании, т.е. при его учреждении. Вместе с тем согласно ст. 213 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо является собственником имущества, внесенного в качестве вклада в уставный капитал. Однако на момент совершения сделки по отчуждению имущества (заключение договора о создании юридического лица) приобретателя данного имущества юридически еще не существовало. Является общеизвестным, что по смыслу ст. 302 Гражданского кодекса РФ добросовестность приобретателя исследуется на момент совершения сделки неуправомоченным лицом. Отсюда возникает вопрос: каким образом исследовать добросовестность приобретателя применительно к виндикации вещи из уставного капитала вновь создаваемой организации (оценивать ли добросовестность всех ее учредителей, передающего, принимающего, или руководителя вновь создаваемой организации)?

Спорное имущество представляет собой вклад в уставный капитал юридического лица. Однако в соответствии с п. 1 ст. 25 Федерального закона «Об акционерных обществах» (далее по тексту — Закон об АО) уставный капитал общества определяет минимальный размер имущества общества, гарантирующий интересы его кредиторов. В связи с чем в судебной практике при рассмотрении дел указанной категории поднимается вопрос об учете интересов третьих лиц при виндикации имущества уставного капитала организации.

К вопросу о добросовестности вновь создаваемой организации

Истребование имущества, внесенного в качестве оплаты уставного капитала юридического лица, представляет собой частный случай истребования имущества от незаконного владельца. По этому поводу начальник Управле­ния частного права ВАС РФ Р.С. Бевзенко указал, что «на этот частный случай должны распространяться все правила, выработанные как теорией, так и практикой для разрешения виндикационных исков». [2]

Судебно-арбитражная практика также исходит из принципиальной возможности виндикации имущества, внесенного в качестве вклада в уставный капитал. Более того, суды как кассационной, так и надзорной инстанции при разрешении указанной категории дел призывают руководствоваться положениями ст. 301 и 302 Гражданского кодекса РФ.

Так, в Постановлении № 1461 от 3 июня 2003 г. Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, отменяя решения судов первой, апелляционной и кассационной инстанций, указал, что к рассматриваемым отношениям подлежит применению норма ст. 302 Гражданского кодекса РФ. в связи с чем требование истца о признании недействительной сделки купли-продажи и возврате имущества не подлежит удовлетворению, если покупатель (учредитель юридического лица), отвечает требованиям, предъявляемым к добросовестному приобретателю. [3]

Вместе с тем каких-либо четких правил определения добросовестности создаваемого юридического лица ни в теории, ни на практике выработано не было. В теории высказано два подхода: первый заключается в том, что добросовестность необходимо определять по добросовестности учредителей юридического лица; второй — что добросовестность вновь созданного общества ставится в зависимость от добросовестности его руководителя. [4]

Так, К.И. Скловский высказал мнение, суть которого сводиться к тому, что обнаружить добрую совесть у общества, созданного недобросовестным учредителем, в принципе невозможно''. [5]

В развитие данного утверждения можно указать, что согласно ст. 69 Закона об АО руководителем (единоличным исполнительным органом) общества является лицо, руководящее текущей деятельностью общества и избираемое решением общего собрания акционеров. Руководитель общества наделяется соответствующими полномочиями с момента избрания его на эту должность в установленном законом порядке, а не со дня внесения сведений о нем в ЕГРЮЛ[6] Но руководитель, как это неоднократно указывалось в судебной практике, — орган юридического лица, т.е. не является самостоятельным субъектом права.[7] В силу чего до создания юридического лица выражаемая «руководителем» воля юридически безразлична. И правовое значение должна иметь только воля (и осведомленность) лиц, заключающих между собой договор об учреждении общества — его учредителей.

В цитируемой выше работе Р.С. Бевзенко указывал, что данный подход может быть принят лишь с известными оговорками, в частности если руководитель вновь созданного лица является его единственным учредителем, знавшим о том, что он не имел прав на имущество.[8] Мнение самого Р.С. Бевзенко, что «единственное лицо, на которое следует ориентироваться при определении доброй совести юридического лица, — его руководитель», представляется нам более верным и обоснованным с практических позиций.

Для целей теоретических дискуссий вопрос о правовой природе формирования уставного капитала остается спорным.[9] При этом для целей практического правоприменения следует исходить из того, что формирование уставного капитала юридического лица осуществляется на основании договора.[10]

В Информационном письме № 128 от 14 апреля 2009 г. Президиум ВАС РФ выразил позицию о том, что внесение вклада происходит после создания учреждаемого юридического лица и требует волеизъявления как учредителя, так и этого юридического лица".[11]

То есть Президиум ВАС РФ ставит в основу формирования уставного капитала некий аналог договора подписки на акции, конструкция которого берет свое начало в XVII—XVIII вв. Суть данного договора в том, что «подписчик обязался не компании, которая в момент дачи обязательства еще не существовала, но учредителям этой компании, с тем условием, что, когда компания будет учреждена, обязательство всецело перейдет к ней». [12]

Важно отметить, что в теории также обосновывается позиция, что основанием внесения вклада в уставный капитал общества является договор подписки на акции, «заключаемый между акционерным обществом и лицом, желающим стать его акционером»[13]. Хотя имеет место и иная точка зрения на предмет договора, лежащего в основе формирования уставного капитала. Так, В.Ю. Бакшкинскас указывает, что данный договор представляет собой предварительный договор купли-продажи (мены) акций, заключаемый под отлагательным условием простым товариществом, действующим на основании договора о создании общества в лице одного из его учредителей в пользу третьего лица (создаваемого акционерного общества) и подписчиком — лицом, намеревающимся стать акционером общества»[14]

По нашему мнению, для целей практического правоприменения достаточным будет исходить из того, что формирование уставного капитала вновь создаваемой организации происходит на основании сделки, у которой более одной стороны, следовательно, на основании договора (п. 1, 3 ст. 154 Гражданского кодекса РФ).

В связи с этим можно сделать вывод, что основанием для внесения имущества в уставной капитал создаваемого юридического лица является договор, представляющий собой договор о совместной деятельности с элементами договора подписки на акции в его классическом понимании. По условиям данного договора учредители либо часть из них аккумулируют имущество для последующей передачи юридическому лицу. При этом важно отметить, что, во-первых, в рамках данного договора одно и то же имущество может передаваться дважды: от учредителя — простому товариществу и от простого товарищества — юридическому лицу, и во-вторых, передача имущества не является самостоятельной сделкой, а происходит в рамках исполнения договора о создании юридического лица"[15]

Следовательно, передача имущества в уставный капитал общества, не являясь самостоятельной сделкой, не может оспариваться отдельно от договора о создании общества (этот на первый взгляд теоретический вывод имеет большое практическое значение, см. об этом ниже).

Таким образом, приобретателем имущества при формировании уставного капитала выступает общество, но не его учредители. При этом момент приобретения имущества обществом всегда наступает позже, чем момент его (общества) государственной регистрации.

При таком подходе момент, а также правила определения наличия добросовестности в действиях юридического лица легко определимы.

Датой, на которую исследуется добросовестность юридического лица, является дата приобретения имущества юридическим лицом, в зависимости от конкретных обстоятельств это может быть: дата составления акта-приема передачи, дата государственной регистрации юридического лица. дата государственной регистрации права на недвижимое имущество.

На добросовестность или недобросовестность по правилам ст. 302 Гражданского кодекса РФ исследуется руководитель данного юридического лица либо иное лицо, действующее на законных основаниях при приобретении спорного имущества.

К вопросу о защите интересов третьих лиц

Критически важно понимание того, что истребование имущества и 1 уставного капитала юридического лица возможно только после оспаривания договора о его создании, а также его учредительных документов (для ООО и АО — их устава).

Президиум ВАС РФ в Постановлении от 31 октября 2000 г. № 4259/00 указал, что «изъятие имущества из уставного капитала общества с ограниченной ответственностью возможно только в случае признания в установленном порядке недействительными его учредительного договора и устава».

При этом какое-либо иное обоснование необходимости оспаривания учредительных документов юридического лица в судебно-арбитражной практике отсутствует. Суды при рассмотрении данной категории дел зачастую просто ограничиваются ссылкой на вышеуказанное постановление Президиума ВАС РФ. указывая на необходимость оспаривания учредительных документов юридического лица"[16]

В связи с этим представляется полезным определить мотивы обозначенного правового подхода, тем более что иногда суды принимают решения об истребовании имущества без учета действительности или недействительности учредительных документов юридического лица"[17]

По нашему мнению, ответ на поставленный вопрос имеет большое практическое значение.

Так, в настоящее время учредительными документами и ООО. и АО является только устав. Согласно п. 15 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 28 апреля 1997г. № 13 «Обзор практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» собственник вправе истребовать имущество из чужого незаконного владения и в том случае, если основания передачи имущества новому владельцу не были оспорены им в судебном порядке.

Как нами было установлено ранее и подтверждается приведенной судебной практикой, основанием для внесения имущества в уставный капитал является договор о создании данного юридического лица.

Буквальное прочтение вышеуказанных судебных актов может повлечь за собой обращение в суд с иском об оспаривании устава общества и истребовании имущества из его уставного капитала, без оспаривания договора о создании общества.

Однако, по нашему мнению, подобный подход не соответствует действительной позиции Президиума ВАС РФ. выраженной в Постановлении от 31 октября 2000 г. № 4259/00. так как договор о создании общества, хотя и не относится к его учредительным документам, на стадии создания общества является основанием для внесения имущества в уставный капитал (ранее таким основанием для ООО являлся учредительный договор).

В учредительном договоре согласно ст. 12 Закона об ООО (в прежней редакции) учредили общества обязуются создать общество и определяют порядок совместной деятельности по его созданию, а также определяют сослав учредителей (участников) общества, размер уставного капитала общества и размер доли каждого из учредителей (участников) общества, размер и состав вкладов, порядок и сроки их внесения в уставный капитал общества при его учреждении, ответственность учредителей (участников) общества за нарушение обязанности по внесению вкладов, условия и порядок распределения между учредителями (участниками) общества прибыли, состав органов общества и порядок выхода участников общества из общества.

Таким образом, в учредительном договоре предусматриваются положения о порядке формирова­ния уставного капитала, а также о размере и составе вкладов в уставный капитал. То есть учредительный договор, в том числе, является основанием для внесения вклада в уставный капитал. И именно данное свойство учредительного договора, по нашему мнению, и подразумевал Президиум ВАС РФ при вынесении вышеуказанного постановления. В настоящее время данные функции выполняет договор об учреждении общества, определяющий порядок осуществления ими совместной деятельности по учреждению общества, размер уставного капитала общества, размер и номинальную стоимость доли каждого из учредителей общества, а также размер, порядок и сроки оплаты таких долей в уставном капитале общества (п. 5 ст. 11 ФЗ «Об 000»).

В связи с этим полагаем, что выводы Президиума ВАС РФ, указанные в Постановлении от 31 октября 2000 г. № 4259/00, должны пониматься как требование об оспаривании договора об учреждении общества и его устава. В связи с чем при виндикации имущества из уставного капитала необходимо оспаривать сделку, лежащую в основе передачи владения (в иных случаях самостоятельное оспаривание такой сделки не требуется).

На первый взгляд это связано с особенностью отношений по изъятию имущества из уставного капитала. Особенность имущества, внесенного в уставный капитал юридического лица, в том. что это не просто объект права собственности, но и основа существования субъекта права. Изъятие имущества из уставного капитала может повлечь уничтожение самого субъекта, что неминуемо повлияет на права и обязанности иных учредителей, контрагентов данного юридического лица. его работников, иных лиц, и вынесение решения безотносительно мнения вышеуказанных лиц не может гарантировать соблюдения их прав и законных интересов.

Но это только «вершина айсберга». Ведь уставный капитал юридического лица. формируемый на основании договора об учреждении юридического лица, есть понятие идеальное и существует в том виде (размере), в каком сведения о нем были внесены в ЕГРЮЛ. При этом с момента государственной регистрации юридического лица в соответствии со п. 4 ст. 5 ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпри­нимателей» данные о размере уставного капитала, внесенные в ЕГРЮЛ, являются достоверными, даже если они не соответствуют реальности.

Но как верно указал В.Ф. Яковлев, «принцип достоверности (ЕГРЮЛ. — Авт.) должен быть главным. Если эта регистрация недостоверна, она не только не полезна, она вредна»[18] Таким образом, истребование имущества из уставного капитала юридического лица без разрешения вопроса о недействительности сведений, внесенных в ЕГРЮЛ. автоматически нарушает достоверность реестра юридических лиц, что недопустимо.

Аналогичная ситуация, относительно действительности актов государственной власти (действий государственных органов) при истребовании имущества складывается в случае виндикации имущества, полученного в результате продажи с публичных торгов. Так, согласно п. 22 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 28 апреля 1997 г. № 13 «Обзор практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» имущество не может быть истребовано у лица, ставшего собственником спорного имущества в результате проведения судебным исполнителем торгов, которые не признаны недействительными по иску заинтересованной стороны».

Важно отметить, что судебно-арбитражная практика также исходит из того, что оспаривание договора о создании юридического лица возможно только вместе с оспариванием акта государственной регистрации этого общества (фактически действительности сведений, внесенных в ЕГРЮЛ).

Так, Президиум ВАС РФ в Постановлении от 28 мая 2002 г. № 10697/01 указал, что «исковое требование о применении последствий недействительности по договору о внесении имущества в уставный капитал акционерного общества, взамен чего лицо получило акции, могло быть рассмотрено судом лишь одновременно с требованиями о признании недействительным и в соответствующей части устава акционерного общества, основанного на данном договоре, и связанного с ним акта государственной регистрации этого общества».

Таким образом, при истребовании имущества из уставного капитала юридического лица, с учетом сложившейся судебно-арбитражной практики, необходимо руководствоваться следующим:

 

  •  истребование имущества в полной мере происходит по общим правилам о виндикации, в том числе с учетом всех обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности;
  •  сделка по внесению имущества в уставный капитал является возмездной, в силу чего единственным обстоятельством, подлежащим установлению по делу, является добросовестность или недобросовестность приобретателя;
  •  на добросовестность исследуется руководитель юридического лица, поскольку стороной, принимающей имущество в уставный капитал, является само юридическое лицо.

 

В случае если лицом, принявшим имущество от имени создаваемого лица, является иной учредитель, то следует оценивать также и его добросовестность; помимо требования о виндикации имущества собственнику необходимо заявлять требования об оспаривании договора об учреждении юридического лица, устава, а также акта государственной регистрации юридического лица в соответствующей части.

 


[1]  См.: Лыкошин А.И. Об отыскании недвижимых имений из чужого владения. СПБ.: Типография Правительствующего Сената, 1888.

 [2] См.: Бевзенко Р.С. Истребование имущества, внесенного в уставный капитал юридическою лица//Законодательство. 2004. № 12. С. 18.

 [3] См.: Постановление Президиума ВАС РФ от 3 июня 203 г. № 1461/03 // Вестник ВАС РФ. 2003. №11.

 [4] Кроме того, имеется очень формальная (на наш взгляд) позиция, что «на этапе учреждения образуемое обшество лишено возможности предпринимать какие-либо действия, направленные на определение юридической чистоты деятельности своих учредителей... добросовестность общества не может быть поставлена под сомнение... вновь созданное юридическое лицо всегда добросовестно». См.: Ю.А. Тарасенко. О недействительности основания внесения вклада в уставный капитал юридического лица// Законодательство. 2005. № I.

 [5] См.: Скловский К.И. О защите прав собственника и владельца имущества, реализованного на публичных торгах // Хозяйство и право. 2000. № I. С. 74-75.

 [6] См.: Постановления Президиума ВАС РФ от 29 мая 2006 г. № 2817/06; от 14 февраля 2006 г. № 12049/05; ФАС Уральского округа от 30 августа 2007 г. № Ф09-7049/07-С4; ФАС Московского округа от 30 июня 2006 г. № КГ-А40/5953-06-1.2; ФАС Центрального округа от 14 июня 2007 г. № А08-9756/06-8 и др.

 [7] См.: Постановление Президиума ВАС РФ от 6 декабря 2005 г. № 9341/05.

 [8] См.: Бевзенко Р.С Указ. соч. С 25.

 [9] Обзор дискуссии поэтому поводу см.. например: Тарасенко Ю.А. О природе внесения имущества в уставной капитал при учреждении акционерного общества // Правоведение. 2005. № 3 С 21-29.

 [10] См.: подп. I абз. 2 п. 7 Пленума ВАС РФ от 18 ноября 2003 г. № 19; Постановление Президиума ВАС РФ от 20 августа 2002 г. 1744/02.

 [11] См.: п. 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 14 апреля 2009 г. № 128 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» // Вестник ВАС РФ. 2009. № 7.

 [12] См.: Тарасов И.Т. Учение об акционерных компаниях. М., 2000. С. 258.

[13] См.: Бевзенко Р.С. Указ. раб. С. 21.

[14] См.: Бакшинскас В.Ю. Формирование уставного капитала в процессе учреждения акционерного общества (правовые вопросы) //Законодательство 1998. № 1.

[15] См.: Письмо ВАС РФ от 19 сентября 2001 г. №5774/01 по делу № А40-21727/00-50-262.

[16] См.: Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 17 февраля

[17] См.: Постановление ФАС Уральского округа от 1 сентября 2011 г. № Ф08-225/2003

[18]  См.: Яковлев В.Ф. Вся работа проходила в дискуссиях // Закон. 2009. № 5. С. 7-13.

Читайте также
Порядок принятия решения общего собрания акционеров